Подарок королю... и человечеству. Часть 6

Персей был отлит на редкость удачно. Теперь вся забота состояла в том, чтобы искусно соединить обе фигуры. Затем следовало установить статую на место, получить причитавшиеся художнику деньги за великие труды и приниматься за новые работы, теснившиеся в ожидании мастера.

Настал день, и Челлини перенес Персея в Лоджию деи Ланци. Сделав небольшую ограду, скульптор заканчивал статую на воздухе. Пьедестал он украсил фигурами Юпитера, Минервы, Меркурия и Данаи — матери Персея — с соответствующими надписями на латинском языке. На цоколе был выполнен барельеф, изображающий освобождение Андромеды Персеем. В работе над статуей, пьедесталом и барельефом Челлини превзошел самого себя. Архитектурное, скульптурное и ювелирное мастерство художника достигло здесь своей вершины. Каждый день, приходя на работу, Челлини видел на ограде приколотые все новые и новые сонеты, которые посвящали ему питомцы знаменитой Флорентийской академии.

27 апреля 1554 года состоялось торжественное открытие статуи «Персей». Площадь Синьории заполнилась народом. В Лоджии деи Ланци нельзя было протиснуться. Великие творения Донателло и Микеланджело «принимали» в собратья скульптуру Челлини. Герцог, который не вышел к народу, а слушал восторженные отзывы о работе Челлини из комнат второго этажа дворца, послал за Челлини. Художнику благосклонно передали, что он справился со своей работой и что герцог сполна оплатит его труды и искусство. Каково же было удивление и разочарование Челлини, когда через несколько дней с ним стали постыдно торговаться о цене и в такой оскорбительной форме, словно речь шла о скобяном товаре.

Работу над «Персеем» Челлини закончил с пустым кошельком. Герцог вначале выплачивал художнику по сто, пятьдесят, двадцать пять скудо в месяц, а потом и вовсе перестал платить. Художник попробовал было восстать. Тогда ему передали, что если он не уймется, то герцог всего за два гроша прикажет выбросить «Персея» из Лоджии деи Ланци и так будут кончены все разногласия. Козимо I не уплатил художнику до конца своей жизни. Посулы его были щедры, а жадность еще больше.

Полагая, что художник — его раб, герцог поручил Челлини украсить барельефом из бронзы хоры знаменитого флорентийского собора Санта-Марии дель Фьоре. Эти хоры были неудачной стряпней бездарного придворного архитектора. Челлини обоснованно доказал никчемность затеи герцога и тем вызвал его ярость. Художник стоял на своем, заявляя, что остаток своих лучших лет он готов истратить только на какое-либо большое дело. Поэтому, если его светлость желает воспользоваться трудами Челлини, пусть он даст ему заказ на средние двери этого собора. Условия художник выдвинул сам. Если он не сделает эти двери лучше, чем двери флорентийского баптистерия работы великого Лоренцо Гиберти, то платы он не спросит никакой. «Но если я их выполню, — продолжал художник, — сообразно своему обещанию, то я согласен, чтобы их оценили, а потом пусть мне дадут на тысячу скудо меньше того, во что людьми искусства они будут оценены».

Другие материалы